Из небытия - Анастасия Шадрина
– Мне этого не достаточно, – её голос дрогнул. – Что уж говорить, у меня не сразу получилось изучить даже простое заклинание призыва щита.
– Ну… – Эйдан усмехнулся, поднимая взгляд от трубки. – Это не совсем так. Я обучил тебя заклинанию высшего круга защиты. Новички годами практикуются, чтобы освоить его.
– Ты… что? – она вскинула на него глаза.
– Думаешь я стал бы тратить столько своих сил, чтобы воскресить обычную магичку? – он пристально посмотрел на неё.
– Значит… – прошептала Ирис, шагнув ближе. – В прошлой жизни я обладала какой-то невероятной силой? Поэтому ты воскресил меня? Тебе нужна не я… тебе нужны мои способности.
– Отчасти, – он затянулся. – Я также совершил невозможное. Обычно некроманты призывают нежить или блуждающих духов, но мне удалось захватить душу из того мира и подарить ей тело. Это же просто прорыв! – Эйдан взмахнул рукой.
– Значит я твой лучший эксперимент?
– Всё куда сложнее. Ты – не тот случай, что я могу закрыть в журнале с пометкой «успешно». И ты это знаешь.
Ирис опустила глаза к книге, всё ещё лежавшей на траве.
– Я хочу знать, кто я… Уверена, хороших магов для воскрешения полно, но тебе нужна была именно я. Значит тебя интересуют не только мои силы, но и что-то ещё.
– Твои знания могут быть полезны в одном очень важном деле, – Эйдан подошёл ближе, чуть склонив голову. – Скажи, ты уже успела прочитать раздел о стихийной магии?
– Нет.
Эйдан глубоко затянулся, выпустил тонкую струю дыма, что растворилась в вечернем воздухе. Затем опустил трубку и посмотрел на Ирис – пристально, с той тяжестью во взгляде, которая всегда предшествовала чему-то важному.
– Стихийная магия, – начал он, медленно, взвешивая каждое слово. – Основа основ. Магическая энергия мира пронизывает всё, но проявляется она через стихии. Их четыре: огонь, вода, воздух и земля. Каждая – живая, с характером, с волей, порой даже с капризом. Ты можешь изучать их все, это не запрещено. Но только одна, будет по-настоящему твоей.
– Почему? – Ирис нахмурилась.
– Потому что это не выбор разума, – объяснил он, шагнув в сторону. – Это предрасположенность. Маг, чья душа резонирует с определённой стихией, будет властвовать над ней с куда большей силой и тонкостью. Остальные стихии, лишь инструменты. А эта… становится продолжением тебя, – он указал в сторону цветника, где листья колыхались от лёгкого ветерка. – Видишь? Если бы ты владела стихией воздуха, могла бы направить ветер, заставить его стихнуть или превратить в лезвие. Маги, истинно связавшиеся со своей стихией, творят с ней чудеса. А чужая стихия всегда сопротивляется, как бы ты ни старался.
Эйдан осёкся на полуслове. Его взгляд задержался на лице Ирис, пристальный и проницательный.
– Есть кое-что, о чём ты должна знать, – добавил он, – Как ты уже, наверное, поняла на моём примере… сила мага не бесконечна. Это не просто сила – это сама наша суть. Источник жизни. Чем сильнее магические манипуляции, тем больше ты отдаёшь энергии. Она восстанавливается, но если в один момент потратить всё без остатка, то маг погибнет, – некромант медленно опустил взгляд на свои ладони. – Когда я вернул тебя к жизни… я отдал всё. И если бы я не был тем, кем являюсь, то ты бы очнулась рядом с трупом, – он ехидно улыбнулся. – Сейчас же мне лишь нужно немного подождать, когда магический ресурс во мне восстановится.
Ирис хмыкнула, скрестив руки на груди. Тонкая складка залегла между её бровей, когда она покосилась на него:
– Что-то перспектива быть магом звучит не слишком радостно.
– Я тебя напугал? – усмехнулся Эйдан. – Не волнуйся, чтобы потратить все свои силы нужно хорошенько постараться. За всю свою долгую жизнь я видел лишь две такие смерти. И оба раза – на поле боя, когда маг выбирал смерть вместо поражения. Это не просто истощение, это жертва.
Он замолчал на мгновение, позволяя словам улечься в тишине. Затем, не глядя на неё, продолжил:
– Закончим о плохом. Давай лучше я расскажу тебе ещё об одной стихии. Неофициальной. Не признанной большинством магических академий… но реальной. Пятой.
Ирис настороженно вскинула брови:
– Пятой?
– Молния, – в его голосе скользнул почти незаметный трепет. – Её называют «стихией искры», «гневом неба», «дыханием богов». Она редкая, непредсказуемая, и потому пугает. Молния не как огонь, не как воздух. Она – миг между ними. Вспышка. Импульс. Её невозможно контролировать полностью… можно только подчиниться её ритму. Это сила – разрушения и скорости, а также прозрения. Ты чувствуешь энергию вокруг, можешь нарушать законы пространства. Говорят, маг, управляющий этой силой, видит истину – в других и в себе.
Он на мгновение умолк, затем тихо добавил:
– Хочешь предположить, к какому кругу стихии ты предрасположена? – его губы изогнулись в легкой ухмылке.
– К молниям? – в голосе сквозила ирония, но в глазах уже зародилась догадка. – Ну конечно, могло ли быть иначе. Поэтому ты меня выбрал?
– Нет. Твоя сила небольшой бонус ко всему.
– А дай угадаю, какая у тебя стихия, – она пристально посмотрела на него и приложила палец к губам. – Судя по твоему темпераменту… тебе бы подошла стихия воды. Спокойная и глубокая, скрывающая неведомую мощь под своей гладкой поверхностью.
– Прекрасное наблюдение, но мимо, – сказал он, чуть наклонившись. – Моя стихия – огонь. Неутолимое, вечное пламя.
– Да, пожалуй, это объясняет… многое.
Эйдан подошёл ближе, мягко ступая по траве. Его глаза вспыхнули от нетерпения. Он давно жаждал увидеть её силу. Не те всполохи магии, что вырывались в момент опасности, а настоящую, управляемую, рожденную изнутри.
– Магия стихий, – голос его стал глубже. – Не требует слов. Слова – это инструмент заклинаний и формул, что подчиняют энергию разуму. Но стихия не слушает разум. Она откликается на чувства. На суть. Это… дыхание души. Почувствуй её. Не командуй, не заставляй. Ты не госпожа своей силы – ты её проводник. Как молния скользит по воздуху, ты должна быть каналом, через который она прорывается в мир, – Эйдан шагнул за её спину, не касаясь, но стоя достаточно близко, чтобы его присутствие ощущалось кожей. – Закрой глаза. Сконцентрируйся. Где-то внутри ощущение напряжения, вибрации. Оно не должно пугать. Найди его, но не спеши.
Ирис закрыла глаза. Тело её чуть подрагивало, от предвкушения. Она глубоко вдохнула. Сначала наступило ощущение пустоты. Потом, в груди, под рёбрами, разлилось что-то горячее и колкое.
– Вот, – прошептал Эйдан, почувствовав это, – теперь представь молнию. Внутри себя. Она хочет вырваться. Позволь ей. Не держи.
Ирис резко вытянула руку в сторону ближайшего дерева. Её веки распахнулись, зрачки сузились, взгляд стал острым, пронзённым внутренним светом. В этот момент мир вокруг замер. Воздух сгустился от напряжения. Он вибрировал, как натянутая струна, готовая лопнуть. Сухая трава под ногами склонилась к земле. Пальцы дрожали. Ирис ощутила, как в глубине души пробудилась древняя сила. Девушка не приказывала, а звала её, мягко, почти ласково. И сила откликнулась.
Молниеносная беззвучная стрела, промелькнула перед глазами, такая тонкая и хищная. Она с треском ударила по сухой ветке дерева, и та вспыхнула в синевато-белом сиянии, разлетаясь в пепел, словно её пронзил гнев самой грозы. Воздух наполнился острым запахом озона. На мгновение мир затих, и лишь потом по небу раскатился громовой гул.
Эйдан стоял в двух шагах от Ирис, почти не дыша. Вспышка молнии всё ещё пульсировала в его серых глазах. Его грудь поднялась на вдохе, лёгком и глубоком. Он просто стоял, позволяя себе… восхищаться. Не как учитель, а как свидетель. Как тот, кому позволено быть здесь в этот момент, когда раскрывается нечто по-настоящему прекрасное.
– Я рад, что именно мне позволено открыть тебя – тебе самой, – тихо проговорил он.
Ирис стояла, тяжело дыша. Её рука ещё слегка подрагивала. Лицо было бледным, но в глазах горело восторженное неверие. Восторг угас так же внезапно, как и появился. Резкая
